icon_gotop
18+
autorisation
Войти | Регистрация
Тверское время
23:09
Суббота, 24 Июля
Рекламный баннер 990x90px top

Из рода Волосковых

2016-03-29

Все энциклопедии сообщают, что родился он в нашем городе в 1822 году, а умер в 1882-м. И как нередко бывает (например, с нашим же земляком Александром Сеславиным), вновь «врут календари». Ну, об этом позже.

С самого начала судьба не сулила юному Волоскову радостной жизни. «Слабость в ногах», по-видимому, врожденная, — а значит, всю жизнь  костыли и, в лучшем случае, служба при торговых заведениях богатых родственников. Возможно, и удачливая, помогли бы они юноше.

 И вдруг решение в 15 лет — ехать в Петербург учиться живописи! В Академии Художеств! Что могло подвигнуть к этому? Нам неизвестны ржевские художники того времени, кроме иконописцев, но здесь речь о живописи гражданской. Скорее всего, общался Алексей Волосков с такими же молоденькими, или ненамного старше, пареньками из школы Алексея Венецианова, которые приезжали в наш город и оставили будущему несколько ликов ржевитян прошлого. Портреты городского главы Михаила Образцова и его супруги выставлены в Третьяковской галерее. (Наверное, было подобных работ и больше, но не сохранились или затерялись безымянными во времени.)

И вот появилась у больного мальчика Мечта. Что стоило ее осуществить, да просто подступить к ней — в купеческой-то среде, задолго даже до нравов «Грозы» Островского, — нам никогда не узнать. Но добился благословения родных, получил какие-то средства, уехал в Петербург. И стал человеком, который «сделал себя сам».

Преодолевая недуг — как даже из экипажа выходить, не говоря уже о многочасовом стоянии у картин старых мастеров в музеях, у мольберта с кистью? Преодолевая насмешки и, наверное, не только за спиной, — жесток этот мир для любого возраста, в любом веке. Преодолевая скандалы в семье: купцу идти в художники или артисты — позор. Да и слезы матери, жалеющей, конечно, бедное свое обезноженное дитя. Но из одного корня с Терентием Волосковым был его юный родственник, одной крови. И упорства, и таланта.

С 1837 года Алексей Волосков числится в Академии Художеств, работает в классах, опираясь на тяжелые костыли, копирует, вызывая нездоровый интерес посетителей, картины Эрмитажа, учится мастерству у мастеров прошлого и сам становится мастером.

Академия закончена в 1845 году по классу живописи, а спустя шесть лет Волосков сам получил статус «назначенного в академики». Как и в любые времена, звание члена Союза или «академика» художеств должно подкрепляться работами. И было их, наверное, немало. По счастью, время сохранило несколько из них. В основном, это ранние, выполненные по заказам виды усадеб Петербургской, Псковской губерний. Им присуща романтическая приподнятость пейзажа и построек, вписанных в него, — дворянская ли это усадьба или мельница на небольшой заросшей речушке. Видна хорошая школа известного пейзажиста своего времени академика Воробьева, как на пейзаже “Имение Глубокое”.

О достигнутом мастерстве говорит большая работа Алексея Волоскова «За чайным столом», оказавшаяся в конце концов в Русском музее — сокровищнице северной столицы. Написана она в 1851 году, когда художник только приблизился к своему тридцатилетию. По протекции ли петербургских учителей, или став уже известным после ряда заказов, наш земляк был приглашен в имение Качановку Черниговской губернии. Ее владелец Григорий Тарновский состоял членом общества поощрения художников, и, как видим, действительно поощрял их. (Работой, а не унижающими подачками).

Комната, изображенная на полотне, носила название «Фонарик». Ее интерьер соответствовал такому «искусствоведческому» имени: большой «фонарь» — встройка в стене с готическими стеклами, мрамор колонн, декор потолков, обоев, вьющаяся зелень и картины, картины… Недаром эта работа встречается часто в статьях и исследованиях по истории русского интерьера. Репродукция не может передать яркие роскошные краски, солнечные пятна, пробивающиеся сквозь зелень, блики боковых мраморных колонн. Безусловно, картина — одно из украшений великого музея.

Уникальна она и людьми, оказавшимися в чайной комнате, где несколько лет назад Михаил Глинка писал партитуру «Руслана и Людмилы». В центре хозяин, Григорий Тарновский, вокруг — его родственники, гости (известные люди истории Малороссии). Справа стоит девушка в светлом платье — Юлия, племянница хозяина. Грустное лицо. Она предмет горестного увлечения другого художника, бывшего когда-то гвардейским офицером, Павла Федотова. Спустя год он отойдет в иной мир…

Рядом в кресле человек явно богемного вида, с длинным чубуком в руке и шейным платком вместо галстука или бабочки. Хотелось бы, что этот человек, возможно, искусства, оказался тем, кто поставил подпись в углу картины: «А.Я.Волосков. 1851 г.» Но нет, мы видим нашего земляка на другой его работе, созданной в том же имении Качановка. Прогулка в парке семейства Тарновских, а справа присел на траву невысокий рыжеволосый молодой художник с небольшой бородкой. Так выглядел Волосков в годы, когда жил в столице и поместьях, куда приглашали работать.

Казалось бы,  это один из талантов, родившихся в Ржеве и покинувших свою малую родину. Так и случилось бы, наверное, не будь Волосков «обезноженным». Нездоровье ли, невозможность в связи с этим путешествовать по заказчикам, другие ли причины — но возвращается Алексей Яковлевич в Ржев, молодым еще человеком. И живет здесь почти четверть века. Вначале с матерью, близ берега Холынки, там, где начинается сейчас Волосковская горка. Через несколько лет женится на Татьяне Полубенской, дочери священника Покровской церкви — приходской для всего рода Волосковых. Чтобы иметь средства, служит городским нотариусом и агентом Московского страхового от огня общества.

Но живопись, конечно, не бросает. Известно, что написан им красивый вид Торжка. А в Тверской картинной галерее и Ржевском краеведческом музее висят два буквально сказочных, с небольшими различиями, вида Ржева. Наша картина написана, как значится, в конце 1850-х годов. Вид с высокого берега, где-то в районе нынешней «Электромеханики». На панораме — храмы, знакомые нам по поздним фотографиям, и дома, позднее перестроенные (так что можно считать работу Волоскова самым ранним «снимком» Ржева). Интересны торговые амбары в районе Тетерино; как странно изрезан оврагами берег под нынешним парком Грацинского… Пейзаж родного города хочется рассматривать вновь и вновь.

Чьи заказы были, в чьих домах видели эти картины? — Несомненно лишь, что многие ржевитяне видели их, узнавали родные им места и соглашались: «Не зря, не зря отпустили родные больного парня в Петербург. Значит, так пожелал Бог…»

Справочники и литература единогласно говорят о том, что скончался Алексей Яковлевич Волосков в 1882 году. Это не так. «Тверские губернские ведомости» за 1881 год сообщают нам о его смерти в сентябре того же года. Скоро 130 лет…

Случайно обнаружила в Ржевском краеведческом музее тетрадочку, исписанную тонким карандашом красивым, уже знакомым мне почерком. Сергей Леонидович Бычинский, директор музея в 20-е годы, работавший еще с Павлом Федоровичем Симсоном, собрал вместе с ним (и после его смерти) массу материалов по истории Ржева. Многое погибло во время войны, но вот сохранились же эти тетрадные листочки, которые процитирую здесь (убрав для удобства сокращения).

«3 августа 1929 г. Был на Варваринском кладбище, смотрел, как сделали могилу Т.И. (Терентия Ивановича. – Т.Г.) Волоскова… На кладбище встретил Михаила Владимировича Суэтинова (бывший директор архива. –Т.Г.), он мне показал могилку Алексея Яковлевича Волоскова. Он похоронен справа, возле новой церкви. Могила с оградой и мраморным памятником. На памятнике надпись: «Свободный художник Алексей Яковлевич Волосков. Род. 5 марта 1821 г. Умер 19 сент. 1881 г.»

Вот и еще одна дата жизни. Обычно – и до революции, и в 20-м веке указывали, что родился художник в 1822 году. Надеемся, что вдова его, дочь священника церкви, где Волоскова крестили, не ошиблась.

«Новой» называли в Ржеве кладбищенскую церковь Божией Матери «Утоли моя печали». Похоже, разрушили ее в годы войны, тогда же исчезла с лица земли и могила  Алексея Яковлевича Волоскова. Впрочем, как и весь старинный погост… Спасибо Сергею Бычинскому, что оставил он нам не только описания надгробий двух знаменитых родственников, но и карандашные их зарисовки. Возможно, эскизы 1929 года когда-нибудь помогут восстановить ушедшие памятники в их первоначальном виде с помощью людей, для которых имена Волосковых будут по-настоящему значимы.

         Татьяна ГОРСКАЯ.

(Из книги “Город над Волгой”. Выпуск 4-й. — Ржев, 2010).

  А.Я. Волосков

волосков

Вид города Ржева. Конец 1850-х (?). Ржевский краеведческий музей.

ржев

За чайным столом. 1851 г. Гос. Русский музей.

за чайным столом

677

Оставить сообщение: